Джули Эндрюс успех на Бродвее

Движущиеся картинки
8 Апрель 2012
Звезды Кино

Предыдущая статья:

Следующая статья:

К двадцати годам Джули так устала, что, словно отжившая свой век старушка, хотела лишь одного: покоя. Забиться в угол — и пусть о ней все забудут. Чтобы утром не вылезать из уютной норки под одеялом и не нестись сломя голову на репетицию, не опаздывать, не обжигаться впопыхах неизменным английским чаем с молоком под подгоняющие крики матери. Влюбленный в нее мальчик, Тони Уолтон, купил ее привязанность тем, что обещал Джули «забрать» ее из шоу-бизнеса. Впервые четырнадцатилетний Тони увидел Джули в поезде, идущем из Ливерпуля в их город, Уолтон-на-Темзе. Измотанная худющая девчонка в неопрятном платье, с растрепанными косами, заснула прямо за столиком в вагоне-ресторане, не дождавшись чая. Выяснилось, что их дома находятся всего в десяти минутах ходьбы, но по сути они были жителями разных планет. Семейство процветающего хирурга Ланселота Уолтона, отца Тони, считалось буржуазным, крепким и надежным, семейство же Джули было из разряда «летучих» — как она сама потом выразится. В пятнадцать лет Джули и Тони решили, что скоро поженятся. Он не позволит ей надрываться ни в каких шоу. Зарабатывать будет Тони, а Джули станет светской дамой — как его мать.
…Не находя себе места от беспокойства и дурных предчувствий, перед подготовкой к операции Джули Эндрюс развлекалась тем, что рассматривала из окна палаты зеленый массив Центрального парка, внушительные дома напротив и думала, вспоминала… Однажды она долго вглядывалась в очертания балконов с левой стороны улицы. Что они ей так мучительно напоминают? Господи,
да ведь в этом доме была ее первая нью-йоркская квартира! И там на стене висел точно такой же громоздкий аляповатый календарь, как и у нее в палате. Тут она от скуки зачеркивает дни, чтобы видеть, сколько осталось до «заклания», то есть до операции. Раз уж это неизбежно, то пусть произойдет скорее! А на том сорокадвухлетней давности календаре юная Джули зачеркивала числа, радуясь тому, что до возвращения из Нью-Йорка в родную Англию дней оставалось все меньше и меньше.

Джули часто спрашивали: неужели она не чувствовала себя абсолютно счастливой — ведь к двадцати годам она уже превратилась из певички дешевых английских шоу в звезду Бродвея?! Да нет же, нет, она чувствовала себя потерянной и отчаянно тосковала по дому. Поначалу ее пригласили в Нью-Йорк только на год, сыграть главную роль в бродвейском спектакле «Бойф-ренд». И вдруг за неделю до отъезда домой, когда уже и чемоданы стояли собранные, — телефонный звонок. Джули подумала, это звонит Тони, а это была сама судьба.
— Алло, с вами говорит Фредерик Лоу…
Если бы Джули была чуть более образованна, она бы сообразила, что ее осчастливил звонком один из самых знаменитых театральных композиторов Америки.
— Нет, господина Бернарда Шоу я тоже не знаю, — раздраженно бросила Джули в ответ на очередной вопрос странного собеседника.
А Лоу уже почти кричал:
— Вы слышите, мисс Эндрюс? Вас приглашают на прослушивание! Новый мюзикл! Завтра в пять!
Джули поспешно набрала номер матери. Зачем ей какой-то новый мюзикл здесь, в этой Америке? Она хочет домой! Но Барбара отрезала со стальной непреклонностью: «Не вздумай отказываться, детка. Семье нужны деньги!» Оставалась последняя надежда: вдруг ее не возьмут на роль.
На репетиции будущего мюзикла — потом его назовут «Моя прекрасная леди» — девушке вручили книгу и предложили прочесть отрывок из пьесы. Джули удивилась: зачем им это понадобилось? Они хотят убедиться, что она умеет читать? Читала Джули гораздо хуже, чем обычно: отрывисто, почти по слогам и беспрестанно теребила руками бант нелепого лилового платья.
По лицу режиссера Мосса Харта нетрудно было прочесть его мысли: кто подсунул ему эту полуграмотную идиотку? Худая девица с угловатыми плечиками, неразвитой грудью и по-детски невинными голубыми глазами совсем ему не понравилась.
— Попробуем песни! — прервал чтение Лоу и уселся к роялю. При звуках красивой музыки Джули невольно оживилась, ее глаза загорелись, и через минуту она уже подхватила главную музыкальную тему «Я могла бы танцевать всю ночь». Свежий, чистый, сильный голос легко вел мелодию, угловатость и неловкость куда-то испарились, Джули сама не замечала, что пританцовывает в такт звукам. Режиссер и композитор переглянулись: они нашли свою героиню. В день премьеры, 15 марта 1956 года, занавес бродвейского Mark Hellinger Theatre поднимали пятьдесят четыре раза. Такого Бродвей не помнил. Режиссер, пошатываясь от волнения, написал мелом на подмостках — «54». Мюзикл «Моя прекрасная леди» был самым крупным бродвейским успехом с предвоенных времен. Он шел целых восемнадцать месяцев!
…Постойте, постойте! Восемнадцать месяцев? Джули схватила валявшуюся на смятой больничной постели книжку и начала листать. Это дочка Эмма притащила ей в палату последний бестселлер «Нумерология чисел и значение повторов», которым зачитывался весь Нью-Йорк. В нем утверждалось, что у повторов в жизни каждого человека есть тайный смысл. Вот, например, ее первый мюзикл «Моя прекрасная леди» шел восемнадцать месяцев и последний — «Виктор/Виктория» — ровно столько же. Что это означает? То, что, скорее всего, ей больше не суждено выйти на сцену в «Викторе…» Чертова книжка! Нет, надо стараться думать о хорошем, о приятном. Позитивный настрой, как говорит ее муж.

Предыдущая статья: Следующая статья:
На ту же тему
Поделитесь своим мнением
Для оформления сообщений Вы можете использовать следующие тэги:
<a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <s> <strike> <strong>

*

code

Свежие записи
Движущиеся картинки © 2018 ·   Войти   · Наверх
Яндекс.Метрика